Уважаемый Виктор,

Самый простой и точный, на мой взгляд, образ восхождения - превращение гадкого утенка в прекрасного лебедя (речь – о метафоре, хотя за ней стоит реальный процесс движения от абстрактного к конкретному). Точный – потому, что он схватывает заодно противоречивость и даже парадоксальность, присущую процессу восхождения от абстрактного к конкретному.  

Про обезьяну и динозавра – в целом, да, можно сказать и так. Но если понимать дело буквально, то специалист-палеонтолог наверняка скорректирует эту общую методологическую установку.

Скажем, анатомию обезьяны он сможет использовать как ключ к анатомии зверозубых ящеров, от которых, как считают, произошли млекопитающие. В частности, объяснив факт специализации зубов у этих ящеров, которая отсутствует у прочих рептилий, зато отличает млекопитающих. А это уже «ключ» к раскрытию их образа жизни и т.п.  Но вот, в анатомии рапторов и представителей некоторых других семейств надотряда динозавров, по мнению ряда палеонтологов, поможет разобраться, скорее, анатомия птиц – их потомков, с которыми у них много общего, прежде всего – в строении скелета. Хотя уже несколько десятилетий обсуждается прямо противоположная гипотеза (одним из первых ее высказал палеонтолог Жерар Поль). Согласно ей, наоборот, часть динозавров произошла от птиц, которые утратили способность летать и спустились с деревьев на землю.  А до того – никогда «не были» динозаврами, имея в роду других предков.

Здесь есть фундаментальная трудность. Принцип тождества (совпадения) исторического и логического обязывает рассматривать природу развивающихся («низших») форм через природу развитых («высших»).  А если «высших» форм нет в наличии? Хорошо, если еще нет, – тогда мы просто берем для анализа наиболее развитую из наличных форм.  А если уже нет? Ведь развитие, в частности, развитие живого может реально идти не только по пути от «низшего» к «высшему» (вектор, на который указывает классическая теория эволюции), но и от «высшего» к «низшему» (не обязательно в форме инволюции). О динозаврах мы  судим по птицам. Означает ли это, что птицы представляют собой «высшее» по отношению к динозаврам?  Когда-то так и казалось. Из школьных учебников мы знаем, что пресмыкающиеся занимают более низкую эволюционную ступеньку по сравнению с птицами. Но благодаря новейшим  палеонтологическим открытиям стало известно, что среди ископаемых рептилий имелись существа, по отдельным параметрам не менее и даже более совершенные с биологической точки зрения, чем птицы. Палеонтологи утверждают, что некоторые из них являлись теплокровными, были покрыты перьями, а, возможно, шерстью, обладали сложными формами поведения – в том числе, «коллективного». К тому же динозавры, а не птицы сохранили за собой эволюционную перспективу, став прародителями млекопитающих.  

Epidexipteryx. Жил в поздней Юре, около 160 млн. лет назад. Предок птиц. Или?... 

Пытаясь, в сущности, преодолеть эту трудность выдающийся российский биолог-эволюционист И.И.Шмальгаузен писал, что птицы и рептилии связаны узами происхождения не друг от друга,  а от общего предка. Кстати, и Ч.Дарвин говорил примерно о том же в отношении человека и обезьяны. Но вопрос остается. От кого исследователь сможет более коротким придти к  реконструкции гипотетического «общего предка»: от птиц или от рептилий? Вот и думайте, чья «анатомия» ключ к чьей?

Таким образом, специальный вопрос о происхождении данной группы животных упирается в общетеоретическую проблему направленности развития, оснований определения развивающихся и развитых форм, путей превращения одних в другие, иначе – восхождения от абстрактного к конкретному. И если ученый-специалист сознательно не владеет логикой такого восхождения или не наделен выдающейся интуицией (которая означает неосознанное движение мысли в той же логике), ему еще долго придется гадать «о птичках».

В.К.